Читаем без скачивания Адмирал Империи 8 [СИ] - Дмитрий Николаевич Коровников

— На «Омахе» в отличие от «Афины» орудия в рабочем состоянии, — подмигнул мне Дрейк.

— Я точно не стану уничтожать беззащитный эсминец и нарушать наш с адмиралом Кенни договор, — замотал я головой, пораженный цинизму стоящего передо мной американца. — Это даже не обсуждается, после подобного преступления я со своей совестью не договорюсь…

— Вы делаете большую ошибку, выпуская мышку из лап…

— Может быть, но по-другому не будет…

Глава 15

Не нравятся мне эти качели: то хорошо, то плохо, то вроде операция идет по плану, но через какое-то мгновение все меняется с точностью до наоборот. Вот вам пример. Как только мы разобрались с Кенни и остальными, запихав двести с лишним человек, как селедку в консервную банку в один из эсминцев и отправив их восвояси, тут же на экранах радаров возникла эскадра, которая в свою очередь заметив скопление кораблей, начала быстро к нам приближаться.

Сначала я подумал, что это американцы, наконец, разобравшись, что случилось на орбите Тиры, погнались за «Афиной». Примерно так и было, это действительно оказался отряд, высланный на поимку русского линкора, только гнались за нами совсем не «янки», а сегодняшние полноправные хозяева системы «Бессарабия» — османы…

Эскадра из шести боевых кораблей султана Селима шла на «форсаже» точно к координатам, где в этот момент находились: «Афина», покинутый большей частью команды — крейсер «Омаха», и один из эсминцев из дивизии Джейка Кенни, а также четыре пресловутых танкера, до краев наполненные интарием.

Как я проглядел эту чертову эскадру, непонятно⁈ Ведь на всем пути следования мы с кавторангом Жилой оставляли разведывательные зонды, чтобы те передавали информацию о любом движении вражеских кораблей в нашу сторону.

Я понял, почему зонды молчали, когда Аристарх Петрович прочертил на тактической карте траекторию маршрута османской эскадры, которая сейчас так быстро к нам приближалась. Криптотурки двигались на перехват не со стороны планеты Тира-7 а с совершенно другого направления, поэтому зонды не могли их засечь. Судя по всему османских кораблей в «Бессарабии» было гораздо больше, чем я думал ранее. Видимо, одна из эскадр султана, получив информацию о бегстве с верфи центральной планеты трофейного русского корабля, пустилась за ним вдогонку, верно рассчитав, куда может двигаться «Афина»…

И вот сейчас мы с Дрейком снова находились не в самом выгодном положении. Имея в наличии три боевых вымпела: один из которых по-прежнему без единого рабочего орудия, второй, а именно, — тяжелый крейсер «Омаха», с приплюснутым носом, соответственно без нескольких орудийных платформ и с полностью отсутствующей фронтальной энергозащитой, а также маленьких эсминец, который не сможет противостоять даже легкой галере наших противников. Плюс в нагрузку рядом стояли четыре уже упомянутых топливозаправщика, которые не только не усиливали нашу горе-эскадру, но и требовали для своей охраны дополнительных ресурсов.

В это время на нас шли целых шесть боевых вражеских вымпелов. Среди них: легкий крейсер «Месудие», тяжелый крейсер «Эрин» и еще четыре галеры. По названиям я понял, что это корабли из недоразгромленной 1-ой дивизии, некогда бывшей под командованием ныне покойного адмирала-паши Озкана. Османы, хорошенько потрепанные несколькими сутками ранее нашими «черноморцами», явно желали поквитаться за все свои обиды, расщепив на атомы один из лучших русских линкоров, ну или может быть захватить «Афину» в качестве трофея, сделав ее достойной заменой утерянному «Абдул Кадиру»…

По той скорости, которую развил противник, стало понятно, что уйти нам от преследователей не получится. Нет, и «Афина» и «Омаха», а тем более эсминец «Мэхэн» могли оторваться от двух османских дредноутов без особого труда, но вот эти проклятые легкие галеры точно нагнали бы нас в любом случае. А если они подойдут на сто пятьдесят максимум двести тысяч километров, а мы не развернемся к ним носами, то сруза начнем получать прилеты по своим силовым установкам, дальше вы знаете, что произойдет…

В общем, убегать от криптотурков было делом гиблым. В любом случае рано или поздно нужно было принимать бой, если уж попались на экраны их радаров, просто так уйти не получится.

— Адмирал, прошу вас отбыть на «Омаху» и принять командование остатками команды крейсера, — обратился я к Итану Дрейку. — Скольких вам удалось обратить в нашу новую веру?

— Тридцать пять человек из экипажа «Омахи», взвод «морпехов» оттуда же и около десятка космоморяков из команд двух эсминцев, — стал перечислять Дрейк. — Недостаточно для эффективного управления…

— Османы пока далеко, так что у нас еще есть время подготовиться, — ответил я. — Сейчас вы с кавторангом Жилой выберите из списков русских, которых мы вытащили из ангаров БДК, тех, кто перейдет с вами на «Омаху» и «Мэхэн». Думаю, на первых порах будет некая сумятица и неразбериха, но главное набрать полноценные экипажи наших новых вымпелов…

— Я сам только что хотел вам это предложить, Александр Иванович, — одобрительно кивнул Итан Дрейк. — Аппаратура и системы управления на русских и американских кораблях хоть и разные, но работают по одному принципу, так что, уверен, ваши парни и девчата быстро освоятся на новом месте службы…

— Отлично, с доукомплектованием разобрались, — подытожил я. — За пару-тройку часов должны управиться. Теперь поговорим о том, каким образом будем противостоять нашим криптотурецким товарищам…

— «Афина» прекрасно показала себя в таранном бою, — усмехнулся Дрейк, указывая на помятый нос «Омахи». — Думаю, следует повторить похожий трюк только уже с османским «Эрином» или «Месудие»…

— Да, таран — единственно возможное оружие нашего линкора, — согласился я. — Но подпустит ли враг «Афину» к себе на близкое расстояние, вот что меня волнует…

Османской эскадре до нашего расположения на «форсаже» идти было около трех часов. Однако противник видя, что мы никуда убегать не собираемся, снизил скорость, отчего наша встреча с ними произошла на пару стандартных часов позже. Нам это было на руку, русские «моряки» перешедшие на «Омаху» и «Мэхэн», получили дополнительное время на обучение и слаживание работы в боевых условиях.

Топливозаправщики Дрейк самолично распорядился отвести на безопасное расстояние, чтобы их ненароком не задели орудия османских кораблей. Оставшиеся три боевых вымпела максимально сблизились друг с другом. Вперед, носовой частью к врагу, я выставил свою «Афину», имеющую сильное фронтальное энергополе. Вплотную к линкору пристыковался «Омаха», развернутый к приближающейся эскадре одним из бортов и частично перекрытый защитным полем «Афины». Сзади суетился малыш «Мэхэн», которому за корпусами двух его старших товарищей пока что ничего не угрожало, и который должен был в случае чего присоединиться к сражению в самый критический момент…

Османы между тем приблизились на расстояние выстрела из дальнобойных орудий. Командир «Эрина», не понимая что произошло, и почему рядом с «Афиной» находятся американские корабли, первым связался с «Омахой». Итан Дрейк попытался ввести того в заблуждение, поведав капудану историю о том, как в тяжелом сражении с русскими одолел их линейный корабль, который снова является законным трофеем американцев.

Однако осман не поверил рассказам Дрейка, потому как уже владел информацией, во-первых, о статусе сидящего перед ним адмирала (Итан Дрейк за саботаж и сотрудничество с русскими официально был назван предателем Республики и объявлен в розыск). А во-вторых, у османского капитана перед глазами высвечивались данные о высшем командном составе крейсера «Омаха». И вместо Дрейка на мостике должен был находиться контр-адмирал Джейкоб Кенни — командующий 30-ой «линейной» дивизии 4-го «вспомогательного» флота…

— Не обматывай мне ухо лапшой! — громко засмеялся капудан-паша «Эрина», коверкая старинную русскую поговорку и отмахиваясь от Дрейка, смотревшего на него через экран. — Кого ты хочешь обмануть, адмирал-предатель⁈

С этими словами турок отдал приказ на начало атаки. Османская эскадра, вытянувшись в «линию», одновременно открыла огонь по скоплению наших кораблей. И это построение османов для меня и Дрейка стало неприятной новостью. Если бы наши враги не знали об отсутствии на «Афине» какой бы то ни было артиллерии, то не вели бы сейчас себя так легкомысленно. При приближении они непременно спрятали бы легкие галеры за защитными полями своих крейсеров, боясь потерять их под огнем главного калибра русского линкора.

В данный же момент ничего подобного не происходило. Все шесть вражеских вымпелов как на учениях спокойно и можно даже сказать вальяжно, не торопясь, подходили к нам все ближе и ближе, одновременно с этим ведя огонь из всех своих орудий. Сомнений не оставалось, османы получили информацию не только о новом статусе адмирала Дрейка, но и о том, что